В маленькой Темурайзии нечего делить. Нет у яблочного края ни ответвлений экзотических, ни территорий подневольных, ни скарбов золотых на которые глазастый сосед вдруг позарится. Да и народ, в общем-то, пусть не всем, но доволен. Бунтовать, смутничать не собирается.
Вот только неспокойно на душе у Ларика Вислоухого, пушистого попрыгунца-опылителя в третьем поколении. Который день толком не спит Ларик, все сны страшные смотрит. Хотя, какие ж это сны? Вот опять сорока-крикунья - клюв бы ей оторвал, да разве ж это поможет? - новости распевает. Неймется соседям. То одному краю тесно в своих кордонах стало - расширяется все, то другой заскучал - решил перестановку территорий сделать. Мнения самих территорий спросить позабыл, разумеется. Вот уже и спокойная доселе Розелия моде поддалась - развернуться решила на 30 градусов, а как тут развернешься, никого не зацепив, если розелинные шипы торчат во все стороны, цепляются за что ни попадя...
Рушатся границы, городятся новые, и летят, летят во все стороны щепки пресловутые.
Кровавые.
Ну, и деревянные - тоже.
В маленькой Темурайзии нечего делить. Не за яблоки ж драться, в самом деле? Этого добра всем хватает - еще и соседям остается. Да и разворачиваться нет смысла - весь край круглобокий, что то яблоко! Только изо дня в день бегут толпы попрыгунцев-миротворцев, крылатов-летописцев и клыкунов-... просто клыкунов, бегут на Восток, Запад, Север... Туда, где трещат границы и судьбы.
Бегут, торопятся, машут крыльями, щелкают клыками, видя себя Великими Полководцами, бесстрашными освободителями. Кого освобождать? Кем полководить?
Не важно.
Дети играют в игры. Дети хотят побеждать.
И смотрят им вслед матери-старушки, хохлят пушистую макушку. Моргают украдкой. Боятся проморгать. Авось обернутся. А вдруг - воротятся?
В маленькой Темурайзии нечего делить... Впрочем, вранье! Был бы край, а разделочный нож найдется! Нахлынуло из детства - помнит Ларик, уже и сам отцом стал, а все забыть не может, как мать даже самую крохотную клубнику-ягоду, завалявшуюся на дне лукошка (на десяток яблок выменянное), пополам разрезала - ему и сестре. Чтобы поровну было!
А вы говорите - делить нечего.
Вышел на крыльцо Ларик, окинул взглядом сады яблочные, вздохнул невесело. Покосился на гору пограничную. Там, за горой Демирджилер, уже край Розелия начинается. Тот самый, ворочающийся.
А на горе...
- Кудыть-то вы собрались? - проскрипело за спиной.
- Дык, говорят, на горе уже Маркиз появился!
- А раз Маркиз появился, то скоро и Лорд объявится!
- А он где?
- Под горою! Маркиз всегда вверху, а Лорд...
- Лорд, Лорд! Собрались кудыть???
Ларик не оборачивался. Незачем. И так понятно, "кудыть". Уже месяц по яблочной Темурайзии слухи ходят. О Маркизе-Исполнителе, да о Лорде-Избавителе.
И бегут-летят-скачут толпы ловцов удачи, карабкаются на манящий Демирджилер. На поклон к Маркизу. Дети играют в игры. И их можно понять - скучно ведь все время одни лишь яблоки выращивать. Дети мечтают о славе. Дети ждут Исполнителя. И спускаются от него с загадочной улыбкой в хитрых глазах. Иногда. Но все чаще - смурные. А порой и вовсе не возвращаются.
- О-о-а-ахх! - полусонный вздох дерзко посягнул на утреннюю тишину. Ларик всмотрелся в яблочные ветви, скользнул ласковым взглядом по спящей дочери - Чундре-рыжухе. Красавица его златовласая! Гордость его! Рыжие попрыгунцы - редкость большая. Они все больше белые (как, собственно, Ларик) или серебристые (как его благоверная). Кусаки клыкастые - те красные. А рыжий - цвет крылатов - залетных гостей Темурайзии. И Чундры! Доченька... Всю ночь яблоньки опыляла, притомилась к утру. Отец улыбнулся. Ухватил за хвост разрезвившегося солнечного зайца - скачи отсюда, еще, глядишь, дочь разбудишь! Лети, вон, лучше на Демирджилер, вслед за героями нашими...
Герои.
"Дома вам не сидится! - топнул вдруг Ларик ногой. Сплюнул сердито. - Что ж, если у вас есть желания высокие, сокровенные, то и у меня найдется, чем Маркиза озадачить". И, прикрыв осторожно калитку, поскакал к горе.
- А ты куды-ы-ыть? - ветер швырнул в спину скрип соседской Бабульки-попрыгуньи. Именно так, с большой буквы "Б", потому как имя Бабулькино давно потерялось в пыльных садах. Совсем старенькая стала. Шерстка, некогда цвета темного серебра, поседела, выцвела. Даже прыгать Бабулька не может, бедолашная. Только скрипеть. В спину.
Впрочем, Ларик больше ничего не слышал. Прыгал старательно по откосу. Торопился. Прыг! Дрыг! Скок! Бух! Ой! Снова - прыг! На ушибленной ножке - ковыль-ковыль! Главное, добраться и спуститься, пока жена с опылений не вернулась. Докажи потом, что у Маркиза был...
- Хи-хи! Попрыгун вислоухий!
- И хромоногий!
Две полевые царевны-крылатки прошелестели мимо, тут же скрывшись из вида.
- Злые вы! И скучные, - пробурчал Ларик, растерянно распрямляя уши. Вечно с ними проблемы! У всех попрыгунцев - острые, всегда кверху торчат задорно, а у него - так и норовят повиснуть мокрой тряпкой. Ух, окаянные! Хоть бы перед Маркизом не оконфузиться.
- Еще один! Сколько вас там? - Демирджилер закончился как-то совсем внезапно. - А тебе-то чего надо? - Исполнитель лениво ковырялся в зубах деревянной щепкой. - Парочку новых ушей?
- Э-э-э... Вообще-то нет... - Ларик механически ущипнул себя за мочки. - Я тут...
- Вижу, что тут. Надо чего? - его шерстка цвета темного серебра (почти как у Бабульки в молодости) подозрительно ощетинилась.
Ларик вздрогнув, осознал вдруг, что даже не поприветствовал хозяина горы.
- Я сбил колени в кровь и напоил твои владенья! - брякнул попрыгун первое, что пришло в голову, а потом совсем уже робко добавил. - Хочешь, и тебя напою?
- Ты псих, да? - Маркиз устало поморщился.
- Н-нет, - Ларик зажмурился, пригладил шерстку, умоляя себя сосредоточиться. - Нет, я... Подожди, я вспомнил! Вот: приветствую тебя, о Исполнитель! Посмотри, чего я стою, и скажи, сможешь ли дать мне... - засвистел приблудный ветер, зашелестели горные травы, закружились в хороводе солнечные зайцы-весельчаки, скрывая от всего мира желание заветное. Отшатнулся Маркиз от гостя. Фыркнул насмешливо.
- Ты, и правда, псих! Где это видано, чтоб Маркизу такое загадывали? - и, посерьезнев враз, добавил. - Ты многого стоишь, безумный попрыгунец. Хочешь, дам тебе то, в чем другим отказал? Власти хочешь? Славы? Вся Темурайзия твоей станет. Могущественней Лорда вашего обожаемого будешь! Ну, чего ты желаешь?
- Я сказал, Маркиз, - прошептал Ларик. - Если достоин я, дай мне...
- Нет же! Глупец! Никто не достоин...
Печально побрел вниз попрыгунец.
- Где тебя целый день носит?!
- Целый день? Да я ж только... - Ларик протиснулся между женой и Бабкой-скрипуньей.
- В лорды заделаться решил? Или в полководцы? А меня - вдовой?!
- Я ему кричу: "Куды-ы-ыть?"! Дык хуч бы обернулся!
- О дочке подумал?
- О ней и думаю! - огрызнулся Ларик, поворачиваясь к соседке. - Скажите, Бабушка, а Лорд умеет желания исполнять?
- Лорд? Желания? Не-е, енто только Маркиз. Все он. Когдать Лорд прибудет, станет ужо не до желаний... Хош желаний - поспеши к Маркизу, пока еще не...
- Бабуля! Вы на что мужа толкаете?!
- Ах, да! Кудыть-то ты собрался?!
- Тьфу на вас!
Ларик вышел.
- Джец, не отставай! Шевели прыгалками!
- Прыгалками! Спина у меня! Нельзя было до завтра подождать?
- Нельзя. Время Маркиза вот-вот выйдет!
- Куда это оно выйдет?
Ларик прислушался, выглянул из-под кустистой мини-яблоньки, провел взглядом троих односельцев и снова в тенек свалился. Целое утро скакал он вокруг горы Демирджилер - ни на сантиметр вверх не сдвинулся! Правду, стало быть, старики бают - один лишь раз можно к Маркизу подняться. А потом - хоть скачи, хоть лети, дальше подножия горы не сдвинешься.
- А вот туда! - голос Бари-собирателя гудел пустой кастрюлей, на пол уроненной. - Захочется вскоре Исполнителю нашему вниз по горке прогуляться, а тут его Лорд и прихлопнет!
- Это еще с каких перепугов?
- Ты что, книг не читаешь? Эх, темнота непросветная! Сказано же: "Раз в 300 лет, во время смуты приходит на гору Маркиз-Исполнитель. День за днем поднимаются к нему жители края прилежащего, а спустя еще несколько дней идет Он сам к народу! Вот только на земле он чужих желаний не исполняет, только свои, а потому ждет его Лорд у подножия, с мечом в руках!"
- Да не с мечом, а с дубинкой!
- Неважно, побеждает-то кто?
- Лорд, вестимо! На то он и Избавитель!
Голоса затихли вдали. Ларик поежился, сжался бесхозной пружиной. Что ж, если Лорд будет ждать здесь Маркиза, значит он, Ларик, тоже подождет. Обоих. И заставит исполнить желание. А потом пусть себе дерутся.
- Пап, ты бы поел, - из вечернего полумрака выпрыгнула рыжеволосая Чундра. - Вот держи, оладьи! Мать только-только испекла!
Ларик дернул ушами. И то верно - битый день голодный сижу! Эх, Чундра, душа золотая, сердце оксамитовое...
- Чундра... душа... - шальная мысль взорвала приунывшее сознание. - Идем! Быстрее! - он схватил дочь за руку. - Ты - впереди, я - за тобою! Несовершеннолетние должны с провожатым идти!
- Куда идти?
- Наверх! К Маркизу!
- Но я не хочу к нему!
- Вперед!
- Но папа!
- Быстрей!
В этот раз Демирджилер закончился еще быстрее обычного: только вроде у подножия стояли, и тут - р-раз! - уже вершина. И Маркиз с неизменной щепкой в зубах.
- Ты, что ли, псих? - Исполнитель прищурился. - Какими такими путями?
- Вот, дочка...
- А ты хитер, безумец-попрыгунец!
- Дочка моя, о Исполнитель! Чистейшее сердце, добрейшая душа. Посмотри на нее. Хватит ли нас обоих, чтобы...
- Душа, говоришь, чистейшая? У этой опылительницы? Знал бы ты, папаша, скольких за ночь она - ггг! - опыляет!
Маркиз расхохотался. Чундра испуганно спряталась за обескураженного отца.
- Да и потом. Все это уже не имеет смысла, - Маркиз задумчиво вертел в руках щепку. Ларику вдруг подумалось невпопад, что утренняя троица так и не спустилась с горы.
- Пап, пойдем отсюда, - зашипела Чундра. - Он же пол нашего селения сожрал!
- Не имеет значения! - повторил Исполнитель, словно не слыша рыжухи. - Потому как у Карнаша уже поспели яблоки...
- Что за... Да они у всех спеют! - Ларик подпрыгнул на месте. - Круглый год плодоносят, окаянные...
- И одно уже упало на землю...
- Пап, ну пошли!
- Ох, что-то проголодался я нынче!
Ларик с Чундрой кубарем покатились вниз.
- Пап! Пап! Как такое может быть? Уже день! А был же вечер! А ведь мы совсем недолго...
- Тс-с-с! Тише! Что-то происходит...
Темурайзия бурлила. Хлопали крылья, щелкали зубы, отбивали дробь ботинки. Со всех сторон булькало, трещало, клокотало.
- Ты за кого: за Карнаша или за Фьюна? - прокричали Ларику прямо в лицо.
- Э-э-э... - но крикун уже унесся прочь. Ларик, сжав руку дочери, попрыгал к главной площади. Что, впрочем, было не так уж просто - на каждый "прыг" вперед приходилось два вбок, а то и вовсе назад. Да здравствует стадно-пихательный инстинкт в отдельно взятом крае! И к площади не подлезешь - заполонили все. Эх!
- Сотни лет все яблони Темурайзии давали плоды абсолютно одинакового размера. Лишь у правителя...
Ларик подпрыгнул, силясь увидеть хоть что-нибудь. Увидел. В центре площади по небольшой сцене метался клыкастик-крикун. За его спиной топтались оседлые крылаты - Карнаш и Фьюн. Недобро так топтались.
- И вот впервые за много лет созрело яблоко в два раза больше правительственного. А это значит...
- Я новый правитель! - завопил Карнаш, воинственно топорща крылья.
- Поче-е-ему-у-у это ты? - растягивая слова вопросил Фьюн. - Яблочко-то у меня-я-я!
- Вор ты паршивый, вот почему! Оно на МОЕЙ яблоне выросло! Я к Маркизу ходил. Просил! Вот и выросло!
- Не один ты просил! Упало-то оно на МОЮ землю! Стало быть, я правитель!
- Фиг тебе!
- Это мы еще посмотрим, кому фиг, а кому плод заветный!
- Вор!
- Бей!
- Стоять!
- Кто за Карнаша?
- Кто за Фьюна?
- Вперед, родимая!
Печально развернулся Ларик. "Сволочь ты, Маркиз!" - пробормотал в сердцах.
- Па-ап, а что случилось? - Чундра, наконец, освободила руку от отцовской хватки и теперь уныло скакала рядом.
- Зайди в дом. И дверь запри! - Ларик остановился у родного порога.
- А ты?
- Иди, сказал!
Сам не зная, зачем, поплелся к горе попрыгунец. Свалился у подножия, обхватил голову руками. Заплакал потихоньку. От злости. От бессилия.
"Ну, Лорд, ну, Маркиз, встречу я вас! Разве о многом я просил? О мире в крае родном! На ближайший век-другой хотя бы... Яблоко вырастить, значит, можем, а это..."
- А "это" зависит от воли слишком многих из вас, - Маркиз присел возле Ларика. - И потом, не в моих это традициях - миротворчеством заниматься.
- Сволочь ты, Маркиз! - выдохнул попрыгунец.
- Ладно, черви-лысые с тобой! Все еще не передумал? - Ларик вскочил, не веря ушам своим повисшим. - Что ж, будь по-твоему! - Маркиз взмахнул руками, рисуя в воздухе лишь ему понятные знаки. - Пожми же длань мою, и да исполнится тобой задуманное!
Не помня себя от радости, попрыгунец вцепился в ладонь Исполнителя. Сверкнуло перед глазами, сотни игл пронзили тело, расплавился воздух, сжимая легкие. Без сил рухнул Ларик под ноги Маркизу. Тот, впрочем, не глянул даже в его сторону, в селение пошел, насвистывая.
- Маркиз!
- Черви-лысые, сам Исполнитель!
- Неужто спустился?
- Не справился Лорд! Пропали мы!
- Караул! Спасайся!
Молча поднялся на сцену Исполнитель. Притих озадаченный народ.
- "Того... этого...", - передразнил Маркиз. - Договорились мы! Впервые за века! И вам бы не мешало... - Исполнитель щелкнул пальцами, - со свистом шлепнулось в его руки громадное яблоко, спелое, краснобокое.
- Ваше? - кивнул в сторону Фьюна и Карнаша.
- Наше, - кивают в ответ.
- Вот и отлично! - протянул Маркиз, смачно захрустев заветным плодом. - А недурное яблочко, - икнул, проглатывая на огрызок. - Ну все, решена проблемка. Пошел я...
Народ ошарашено смотрел вслед Исполнителю. Затем встрепенулся удивленно.
- А че это мы?
- Ой, я тут торчу, а дома варенье, небось, сгорело!
- И что на нас нашло? Яблоко не поделили. Во-он их сколько!
- Идем домой?
- Идем!
А под горой Демирджилер, все еще ни о чем не догадываясь, пришел в себя Лорд-Избавитель...
