Нина Дьяченко, Александра Уралова "Генератор неприятностей" - ФЭНТЕЗИ - Фэнтези - Большая библиотека Города Мастеров - Большая библиотека Города Мастеров
Нина Дьяченко, Александра Уралова "Генератор неприятностей"
[ ]
01.11.2009, 08:09
Генератор неприятностей
Авторы – Дьяченко Нина, Александра Уралова
Саша
Все произошло очень неожиданно и случайно, как обычно и происходят
подлинные чудеса или настоящие неприятности. Во второй половине дня мы
с Нинкой встретились у симпатичного нам обеим кафе, где вследствие
скудности наших с ней бюджетов довольствовались одним только кофе и
крохотной кружечкой какого-то коктейля на двоих. Кофе был вкусным, но
его было явно мало, а коктейль и вовсе рассчитывался на один Нинин
глоток. Поэтому ни захмелеть, ни наесться у нас не получилось. Зато
вышел очень милый и душевный разговор, какого у нас не было уже
довольно давно. Постепенно стены начали давить на нас. Так что,
оказавшись на улице ввиду отсутствия у нас денег, а в милой кафешке –
мест, мы даже обрадовались. Погода была совершенно неповторимая: густой
молочный туман, запах палой листвы, белое солнце над головой, и
безветренное тепло расцветающей осени. Мы шли сквозь туман, не
особо задаваясь вопросом – куда же мы идем, вели обычный женский
разговор – о парнях, о проблемах со здоровьем, о книжках и фильмах с
потрясающими воображение киноактерами, о конкурентках-стервах, и тому
подобное и так далее в том же духе. Так что того момента, когда из
тумана вдруг выплыл Дом, мы не заметили. Я – тем более, потому что
привыкла, впитала в себя чуть ли не с хлебом насущным, что в реальности
Дома – нет, не было и быть не может. Слишком большой он для этой
реальности, даже не просто большой – огромный, слишком запутаны его
коридоры, слишком много в нем дверей и чудес, и слишком мало здравого
смысла. Впрочем, с виду он – обычный жилой дом, одно крыло его – уже
жилое, второе все никак достроить не могут, и из-под плохой старой
краски выглядывает безумно-яркий красный кирпич. От соседних
многоэтажек к нему тянутся какие-то веревки и провода, зияет
галактической черной дырой свежевыкопанная земля будущей клумбы, а
где-то вдалеке меланхолично покачивает умной головой перекошенный от
времени и всеми забытый подъемный кран. Дом как дом. Но вы никогда не
сможете пересчитать количество его парадных и этажей, как не
старайтесь. Я вон сколько раз пробовала – все сбивалась со счета,
начиная считать сначала. На что уж я… Вы никогда не скажете с
точностью, какого цвета краска на доме, и есть ли она вообще. Вы вряд
ли опишите место, где он стоит – ибо каждый раз Дом стоит на новом
месте. Хотя, чаще всего это все же – пустырь, каких остается все меньше
и меньше из-за многочисленных строек, поэтому Дом можно встретить и за
городом. Пустырь, а рядом – парк. Или вода. В общем, что-нибудь
зеленое. А зимой он любит, чтобы вдали звучал стук колес. Подходят
заброшенные товарные станции, где давно не останавливаются поезда,
конечные трамваев и метро… Дом всегда был таким. И всегда будет.
Издалека – невысокий, вроде бы обычная древняя «хрущевка». Подойдешь
ближе – ан нет, немаленький дом, совсем немаленький. А если встанешь
вплотную – он задавит тебя своей мощью, раздавшись вширь до горизонта,
протянувшись ввысь до самых небес. Скажете, так дело обстоит с любым
высотным домом? Ну, не знаю, не знаю… Я не сразу узнала Дом, а когда узнала…
- Нина, – я перебила рассказ подруги на каком-то особо душещипательном
месте. Лучше бы я ее историю слушала, честное слово, чем вдруг, посреди
бела дня, нос к носу столкнуться с Таким… - Нинка, извини, что
перебиваю, ты потом продолжишь. Это очень важно. Помнишь, я тебе
рассказывала про свой сон? Ну, где я по ночам на волшебной фирме
работаю. Так вот… - я показала на Дом глазами, а не пальцем, чтоб не
приведи Бог не обидеть. – Вот он. - Кто – он? - Дом. Фирма. - Тот самый Дом? Твой? - Да, тот самый. Мой.
Нина придирчиво посмотрела на место моей работы. Оценивающе так.
Сначала я не поняла, в чем дело, а потом меня осенило: подруга считала
этажи. Я ведь рассказала ей, что да как. Для нее мой рассказ звучал как
история еще одного интересного и забавного сна: - Двадцать семь, двадцать восемь… - Нина!
- Подожди, не мешай. Сорок пять, пятьдесят девять. Фу, ты, сбилась…
Раз, два, три… что за бред… пять, шесть… десять… - девушка попробовала
еще раз, на этот раз про себя. Естественно, ничего хорошего у нее из
этого не вышло. Тогда она уставилась на меня и требовательно так
спросила: - Так сколько, ты говоришь, в нем этажей? - Я не знаю. И никто не знает. - А ты что, никогда не считала? - Ну, что ты. Много раз. - И что? - И все. Не считаются они, и все тут.
- Неплохо… - и тут глаза подруги подозрительно загорелись: - Подожди…
Так это что, серьезно тот самый дом? Настоящий? С сертификатом
качества? - Ну, откуда я знаю! – в тон ей ответила я. – Я у него
документов не спрашивала, он мне не показывал…. Ты вообще как себе
представляешь дом, который каждому встречному поперечному документы
предъявлять станет? - Ну, а если не каждому? – Нина, по-моему,
просто все никак не могла поверить в реальность случившегося. Но я
столько раз рассказывала ей об этом сне, и с такими деталями… И вот
сейчас она стояла и в буквальном смысле не верила своим глазам. Я, если
честно, тоже. Если есть Дом, значит, есть и все остальное. Или нет? Или
есть, но не все? Интересно, а какая часть моего сна – правда? Хорошо бы
если большая… - А давай зайдем внутрь, - первой сориентировалась подруга. У меня похолодело внутри: - Может, не стоит? – если есть Дом, значит, есть и шеф. А если он есть…
- Да, что с нами может случиться, в конце концов? Конец света с
последующим расчленением членов и органов?! – она презрительно
фыркнула. – Перестань. Это ведь даже глупо – бояться незнамо чего… - Ну, почему же – незнамо? – парировала я.
- А потому, что это – не сон, а ты – не ведьма, работающая на
шефа-тирана. Ты на сам дом посмотри, на окна: в этом крыле даже никто
не живет, ставни дырявые, как братья-близнецы! И свет не горит нигде.
Пойдем, ну, давай! Мне жутко интересно! – Нина потянула меня за руку,
но я стояла, как вкопанная. Мне тоже было жутко. Но совсем не
интересно. Потому что во сне то крыло Дома, где находился наш Офис,
снаружи именно так и выглядело: заброшенным, будто там никто не живет и
жить не хочет. Даже бомжи. И стекла выбитые на всех этажах. И лампочки
не горят. Все это делалось с помощью магии. - Ну, если ты не
хочешь, я пойду одна! – Нинка, наконец, отпустила мою руку, и смело
протопала к самому ободранному парадному – на этот раз, второму. Она
хорошо запомнила описание. – Жди меня здесь, и никуда не уходи! Если
что, звони в милицию и кричи «Насилуют»! – напутствовала она, хватаясь
за тяжелую дверную ручку. А потом время остановилось. Я поняла
это сразу. Сходу. Жирный голубь застыл, садясь на землю в странном па,
Нинка каменной статуей слилась с молчаливым спокойствием Дома, и ветер
утих. Время остановилось. Для всех, кто был сейчас рядом – но не для
меня. В моей голове раздался голос, знакомый – до оскомы, до безумия,
такой невозможный: здесь, сейчас, днем, после пар, и Нинка рядом стоит.
Голос был волевой и сильный, и еще он был тихий, вкрадчивый, почти
шепот, он пронизал меня насквозь, и я подалась вперед ему на встречу –
как мотылек навстречу свету лампочки. Это был голос шефа, который
невозможно было спутать ни с каким другим: - Так-то Вы исполняете
инструкции, уважаемая коллега… - шутить шеф не любил. В рабочее время
он был невыносимо, беспощадно строг, четок и серьезен. И – это знал
весь Офис – уж если он начинал употреблять по отношению к человеку
слово «коллега», ожидать от него можно было только двух вещей:
повышения или увольнения. В моем случае, кончено, ни о каком повышении
речи быть не могло. Я все никак не могла поверить в то, что Офис –
реален, я в нем работаю, я – ведьма, и это не мой сонный бред, а сердце
уже ушло в пятки: сейчас меня уволят. Вот ведь несправедливо! Даже
опомниться человеку не дают! Хотя – о какой справедливости может быть
речь: приход в Дом в неурочное время карался снятием премиальных, а уж
если нерадивый сотрудник проводил на территорию Офиса чужого… похоже,
одним увольнением тут не ограничится. Обидно. …А как все хорошо
начиналось. Волшебные сны по ночам, а днем – небывалая удача, когда
каждый месяц, день в день шестого и двадцатого числа я находила во
время прогулки деньги – честно отработанную зарплату, как я теперь
понимаю. А когда я не могла выйти на улицу, деньги приходили ко мне еще
более странным образом – влетали в форточку, приходили на счет в банке
по переводу какого-то неизвестного доброжелателя, которого я не могла
отчислить, как ни пыталась, даже заносились на шерсти моего
кота-гулены. Я считала это везением. Теперь везения, наверное, уже не
будет. Начнется сплошное невезение. Если только не… Голос вновь прозвучал в моей голове – холодный, как сталь. Еще холоднее. Как лед.
- Я даю Вам ровно тридцать секунд, чтобы оправдать, сами понимаете,
какие свои ошибки и восстановить себя в должности, коллега. Время
пошло. Тридцать… двадцать девять… двадцать восемь… я жду… двадцать
шесть… - голос в моей голове отсчитывал секунды, а я все пыталась
вспомнить, о чем только что думала. Невезение, думала я. Начнется
сплошное невезение, думала я, если только не… - Шеф! – я прервала его на цифре «одиннадцать». – Я действительно могу все объяснить… - Да ну! – он был все так же холоден и предельно ироничен. - Да! Я не нарушала запретов, я… - я сделала эффектную паузу. - Одиннадцать… - напомнил шеф. – Десять… - Я привела Вам нового сотрудника! – выдохнула я мысленно. - Правда? – голос чуть-чуть оттаял. Но этого было достаточно. Вполне. – Кто он? - Не он, а она. Нина, моя хорошая подруга и неплохой маг. Неинициированный, правда. Но это ничего, я думаю. Правда, же? Шеф ничего не сказал. А через миг время опять пошло, и двери Дома открылись. Нина
Есть вещи, в которые веришь сразу или никогда. Допустим, чудеса. Тема
вообще скользкая - в основном в них верят женщины. Например, мы: я и
Саша. Я ощутила, что каменею, как постепенно выключаются чувства. Сразу
вспомнился стих: "Приснилось мне, что я чугунным стал, мне двигаться
мешает пьедестал..." И виновата в этом Саша. Или дом? Или они вместе? Я испугалась, я подумала, что - умираю. Внезапно я увидела как страшные, гулкие, словно чугунные, двери открываются. Медленно. Сами. Я невольно отступила, но тут мне в спину уткнулась Сашка, она осторожно толкала меня вперёд. - Ты чего? Пошли отсюда! Тут явная магия - она нам нужна? - Нужна, нужна. Просто необходима. Я свой шанс упускать не намерена! Или ты входишь, или меня увольняют, понимаешь какое дело? - Шантажистка! – Пришлось лезть в пасть... дома.
- Тебе оказана великая честь, - приговаривала Саша, словно зубной врач,
заговаривающий зубы. На всякий случай продолжая держать меня за пояс,
чтобы я не сбежала. – Тебя, может быть, на работу возьмут, ночную.
Заодно и подработаешь к своей скудной зарплате и поколдуешь...
Мне действительно стало жутко - внутри царила тьма, только светился
алый глазок вызова лифта. Лифт, сам собой открылся: освещённая ярким
светом пасть ехидно манила. Пришлось входить. Прежде всего,
поразило полное отсутствие хулительных надписей на стенах, целое
зеркало и аккуратная, не подожжённая зажигалками лампочка. Лифт
ехал долго... слишком долго. А потом открылся. Мы вышли в чистенький
коридор с полом, покрытый белым ковром, с огромными вазонами, откуда
высовывались серые от пыли пальмы. Впереди мы увидели бронированную
чёрную дверь с номером 13. Она была приоткрыта. В коридоре имелось окно
- я выглянула в него - и увидела ту самую улицу, где мы были. Так не
хотелось отрываться от окна - островка реальности! Но я пошла вперёд,
проявляя чудеса храбрости. Или трусости. - Вот, это Нина! -
радостно улыбаясь, Саша манила меня рукой из открытой двери, куда она
вошла первой. Я тоже вошла и очутилась в огромном, просто неприлично
громадном кабинете с евроремонтом, страшной деревянной маской над
дверями, огромным кактусом перед компьютером. В комнате было много
всего, но я пришла на собеседование, а не на экскурсию. За
столом, почти сразу возле двери, сидела черноволосая красавица. Перед
ней дымилась аромолампа в виде глиняной, очень неприятной головы. Рядом
лежала целая стопка бумаг, компьютер, экран которого загораживал
увесистый кактус в японской вазе. Я вспомнила странное верование, что
кактус предохраняет глаза от компьютерных излучений. Этот кактус
предохранял надёжнее всего, заслоняя экран почти полностью; он нагло
развесил колючие лапы. - Привет, - девушка неожиданно тепло
улыбнулась, - меня зовут Галя. Имечко так себе, зато фигура, - она
поправила высокую грудь, - шикарная. Привет, Саша, чего ты к нам среди
белого дня? - Новую сотрудницу привела, - подруга кивнула на меня.
- А, понятно. Шеф недавно такой злой был - как тигр по всему кабинету
прыгал. А теперь ничего. Устал. Допрыгался. Тебя дожидается…. Ну,
загляните потом ко мне, если этой дорогой возвращаться будете. Я новый
чай купила. Из Англии 18-того века. - Я больше люблю десятый век.
Меньше грязи, - отозвалась Саша. Я украдкой ткнула её в бок. - Но мы с
удовольствием зайдём, если что, - добавила она. - Заходите к шефу, он уже извивается от нетерпения, - предложила Галя.
Я впервые обратила внимание на странную архитектуру комнаты. Во-первых,
в ней было не четыре угла, а намного больше. Дверей тоже имелось целая
коллекция - они изгибались под странными, импрессионистскими углами. Я
ощущала себя, как Алиса в Стране Чудес. - Нет, не эта, а та, -
Саша направилась к неприметной двери - тёмной, скрытой тенью. Я
дотронулась до ручки в виде змеиной головы. Если честно - очень не
хотелось эту тварь трогать. И тут она отворилась сама - подлая
привычка всех здешних дверей. Но за дверью оказалась худенькая,
хрупкая, как эльф, девушка. Она несла статую ростом с себя, а весом,
наверное – втрое больше. - Вот, - она поставила её в один из
многочисленных углов, - надеюсь, она тут что-нибудь украсит. - И
почему шеф весь мусор тащит в мой кабинет? - пожаловалась Галя. - Ведь
есть же большущий отдел Ненужный вещей! Нет, кое-кому, - она злобно
покосилась не красавицу, - видите ли, облом туда тащиться! Что это за
ужас? - Индийская богине Кали. Кстати, на её алтаре приносились
кровавые жертвы, так что здесь ей самое место! – девушка округлила
глаза, гордо подняв пальчик, потом уставилась на меня: - Шеф сказал,
чтобы вы поторопились, или он не знает, что с вами сделает. Вам отдают
новое дело, - она хмыкнула, - наверное, в наказание за опоздание.
- Ну, слава богу! - Галя радостно заулыбалась, - а то я боялась, что
его повесят на меня. – Нет, это уже свинство, - обратилась она к нам. –
Мало того, что я тут как секретарша пашу, так меня ещё и как ведьму
используют! Шеф говорит: мало кадров. А я ему на это: дураков на все
фирмы не напасёшься. А дураки с магическими способностями, так вообще
вымерли! Последним был Мерлин. Кстати о Мерлине... - Галя, ты извини, но нас ждёт Макс, - нетерпеливо перебила её Саша. Схватив меня за руку, она потащила в коридор.
Мы шли зигзагами по бесконечным коридорам, подобный безлюдный лабиринт
я видела только однажды: на заводе, где я проходила практику. Высокие
потолки, обшарпанные стены со странными лозунгами и устаревшими,
пожелтевшими от времени плакатами: "Сделал дело - пей, гуляй". "При
пожаре одевайте противогазы". "Народу не нужны нездоровые сенсации,
народу нужны здоровые сенсации". Что-то знакомое. Кажется, из "Сказки о
тройке" Стругацких. Наконец мы свернули в чистенький коридорчик с
беленьким ковром, серыми от пыли пальмами, чёрной дверью, откуда кто-то
уже резво спёр номер 13. Я обернулась к Сашке: - Ты что,
издеваешься? Или ты думаешь, что длительная ходьба полезна для
здоровья? А где номер? Кто его успел спереть? Или у вас тут ремонт
делают? - Нет, это не то самое место. Просто похожее, - Саша
посерела и схватила меня за руку. – Нина, я боюсь! Я его видела только
во сне, а теперь... - Александра, где вы ходите? - раздался
начальственный рык из-за полуотворённой двери. - Тут вас целая
королевская чета дожидается, а вы гуляете! Мы вошли. Я сощурила
глаза, оберегая их от яркого света огня, горящего в огромном камине.
Над камином висел щит с гербом, где было написано: мы не политики, мы
маги! В мягком кресле восседал... Алек Болдуин. Я ущипнула себя, ещё
раз, - не помогло. Он уставился на меня буравчиками зрачков – серые
глаза самые жуткие. Они такие прозрачные, что душу видно сразу. Эта
душа пригвоздила меня к полу, словно гвоздями прибили и шурупами
прикрутили. И гайками с той стороны пола присобачили. - Итак,
давайте без пожиманий ручек и поцелуев в щёку. Нина, я вас уже знаю, а
вы скоро узнаете меня, так что давайте считать, что мы уже знакомы, -
произнёс он, слегка повернув голову в мою сторону. Я сглотнула и дико
заулыбалась, пробормотав в ответ что-то вежливое, но непонятное. – Вот
вам новое дело, - обратился он уже к нам обеим. – Это наши самые
талантливые маги, - обратился он к камину. Нет, не к камину! Возле
камина на огромном, во всю стену диване, восседали странные люди. Таких
даже после марихуаны не увидишь - надо что-нибудь покрепче принять.
Сперва я обратила внимание на красивую, очень юную на вид девицу в
синем шёлковом платье с лицом монашки – бледным, бескровным, с
поджатыми блеклыми губами. Она куталась в серый плащ, заносчиво
поглядывая по сторонам. Почти свисая с дивана, на самом его краю, с
хмурым, озабоченным лицом сидел уже немолодой король в золотой короне,
при огромном мече, за который он постоянно хватался. Королева, очень
красивая, но со странными, немного змеиными и немного коршунскими
чертами исхудалого лица была в облегающем платье. Молодой для неё
рыцарь, почему-то державший её за тонкую руку. - …А я говорю им –
идите вы все, - продолжил начатую ещё до нас речь король, обращаясь к
шефу. - Старик был моим учителем, значит, его вещи - мои! И кольцо
тоже! - Мерлин хотел, дабы его вещи были проданы на аукционе, -
заявил тощий монах с лысой головой и большими ушами, вынырнув из
тёмного угла. Его я заметила только сейчас. - Да он даже слова такого не знал! - сердито возразил король. Я так поняла, что Артур. - А я утверждаю: перстень Мерлина - мой! - заговорила "монашка". - Я была его женой! - Ага, а потом заживо похоронила - очень мило! - вскричала королева. Саша - Стерва! – Тонкие хищные пальцы схватили королеву за горло. - Истеричка! – крикнула Гвиневера, вырываясь из цепких объятий Ланцелота и вцепляясь ведьме в волосы.
- Девочки, девочки… - Артур лениво смотрел на дерущихся женщин,
наслаждаясь зрелищем. Вероятно, это была не первая их перепалка, может,
даже и не вторая, и теперь, отшлифованная со временем, битва казалась
зрелищем не хуже рыцарского турнира. Наконец, опомнившись и вспомнив,
что сейчас не место и не время, король неохотно повернулся к нам: - Ну, сделайте же что-нибудь. Они покалечат друг друга.… - Как мечтательно и с какой надеждой он это произнес!
- Хотелось бы… - неуверенно прошептал рыцарь, с тоской глядя прямо
перед собой. – В смысле, хотел бы я успокоить наших прекрасных дам, но,
увы, это – не в моих силах. Некие неведомые чары сковали все мои члены,
я не могу двинуть ни рукой, ни ногой… - Говоря это, рыцарь совершенно
нагло заложил ногу за ногу и отвернулся. - О да, ты прав,
благороднейший Ланцелот… я тоже чувствую странную тяжесть во всем теле…
Должно быть, это все от духоты.… - Король последовал примеру рыцаря,
но, в отличие от него не стал отворачиваться – он, наоборот, с
интересом наблюдал, как, покраснев от натуги и злости, приподнявшись на
своих стульях, дамы вырывали друг у друга клочья волос из головы –
рыжих и черных… - Господи, дай слугам твоим справиться с
дьявольским окаменением, - произнес монах, достал из глубин рясы
бутылку со вполне современным пивом марки «Жигулевское» и, никого не
стесняясь, начал пить. Шеф сидел в своем кресле и очень серьезно
смотрел на весь этот балаган. Тоже наслаждался, должно быть. Так что
разнимать дерущихся теток пришлось нам с Нинкой. Я, как человек
высокого роста, взяла на себя более крупную в габаритах королеву. Та
брыкалась, и ругалась нецензурно, поэтому пришлось путем немыслимых
усилий духа наколдовать кляп и моток изоленты. Кляп получился
сомнительной свежести, зато изолента бралась насмерть. В общем,
Гвиневера утихла быстро и больше никому не мешала. Зато у Нины возникли
проблемы… Сначала я не поняла, что произошло: в воздухе запахло
паленым. То есть, ведьма, конечно, тоже ругалась, сыпала иллюзиями
молний и страшными заклятиями, но… Горела пышная ведьминская шевелюра.
- Ой, мамочки, горю… Да сделайте же что-нибудь! Спасите мои волосы! –
вероятно, своими жалкими трюками ведьма себе помочь не могла. А я
смотрела на шефа: неужели это он? Но это же не его метод угоманивать
клиентуру…Слишком жестоко и нецивилизованно. - Воды!!! – завопила
ведьма. И тут над головой горящей дамы появился кувшин с водой. Просто
кувшин, стеклянный, без какой-либо видимой опоры. И он, конечно, рухнул
ей прямо на эту самую голову со страшным треском и брызгами… В общем, к
немалому облегчению рыцаря и шефа и огромному огорчению короля и
монаха, ссора исчерпала себя в довольно короткие сроки. Но малой
кровью, похоже, не обошлось: налицо были две женщины в бессознательном
состоянии, одно расстроенное королевское величество и монах, источавший
ужасающие запахи – но почему-то не пива, а кока-колы. - Это не я! – Нина развела руками.
Ланцелот бросился вынимать кляп из королевского ротика, я била по щекам
ведьму, пытаясь на глаз обнаружить сотрясение мозга, а шеф все так же
сидел в своем кресле, пряча в уголках глаз ехидную улыбку. Да он просто
издевался! И, что главное, всем было все ясно. Особенно мне и монаху,
который уже в сотый раз осенял себя, Нину и пивную бутылку крестным
знамением. - Честное слово, это не я! – повторила подруга. Я выразительно посмотрела на шефа и мысленно спросила: - Ну, что, Вы берете ее к нам на работу?
- Беру, - в отличие от своего обладателя, голос был невероятно веселым
и каким-то неофициальным, что ли: - Но при одном условии. Шефство над
этим кошмаром я поручаю Вам. Все равно, Ваш испытательный срок уже
закончен… Тут шеф махнул рукой, и все сразу стало на свои места:
женщины, сухие и в сознании оказались на своих местах, монах радостно
принюхивался к содержимому своей бутылки, а король с рыцарем стали
предельно серьезны, и начали, перебивая друг друга, объяснять нам суть
своей тяжбы. Впрочем, гвалт от этого, конечно, только усилился, поэтому
из всего сказанного мы ничего не поняли. - Вот что значит
настоящий маг, Нина, учись! – прошептала я подружке мысленно. На самом
же деле я страшно гордилась ей: у девушки обнаружился Дар, и немалый.
Вот только…
