ЛИЦОМ К СВОЕЙ ТЕНИ

роман-трасса

Нэко-тян, верившей в меня больше меня самого.

Всякое совпадение событий, портретов или имён является злостной ошибкой эксперимента или мастерским произволом.
Автор

* * *

…И когда семь громов проговорили голосами своими, я хотел было писать; но услышал голос с неба, говорящий мне: скрой, что говорили семь громов, и не пиши сего.
И Ангел, которого я видел стоящим на море и на земле, поднял руку свою к небу и клялся Живущим во веки веков, Который сотворил небо и всё, что под ним, землю и всё, что в ней, море и всё, что в нём, что времени уже не будет…

Откровение Иоанна, 10:4-6

ПРОЛОГ Трасса. Мотель «На Ремонте»

…Он поднял голову, взглянул на запад: на небе висел серп Луны. В полумраке неясно виднелась знакомая дорога…
Пу Сунн-Лин, «Новеллы»
* * *

Ты идёшь по трассе.
Трасса как трасса, такая, какая есть. Ты пытаешься провести этимологию от трассирующих пуль, танковых траков, оператора TRACE из BASIC FOR PC «АГАТ» - даже от трусов, трусов и транса. На «транках» ты спохватываешься, что угол перегиба палки близок к критическому. Дальше – просто идёшь по трассе.
Естественно вписываешь в этот процесс пинки дорожных знаков с особо наглыми мордами, пережёвываешь и глотаешь обиды – старые, ибо новая, выгнавшая тебя на трассу, трассой же и пережёвана.
Ничего не имеет значения. Вопреки фильму «Пятый элемент», даже жизнь не имеет значения; ты думаешь так до тех пор, пока идущий мимо и явно на взлёт «КамАЗ» едва не снимает с тебя рюкзак. Тогда ты перестаёшь так думать и тормозишь на обочине неожиданно расцветшей из тьмы вокруг шоссейной развязки: городишко туда, деревенька сюда, облцентр – к чёрту, только что оттуда.
Крыло зодиакального света втягивается в сереющее небо; твоя рабочая, стопящая рука начинает зябнуть. Ты знаешь, что с рассветом придёт ветер, но знаешь и то, что трассу нельзя торопить. А то ещё, не дай бог, успеешь…
Успеешь доехать до того, как неповторимое целебное одиночество выжжет, выдует из тебя всю шелуху, сорвёт все маски – пока не останется голый человек на голом асфальте.

За лесом проходит электричка. Воронья компания над тобой на все лады повторяет её тоскливый журавлиный крик. Ты дышишь на пальцы, плотней натягиваешь кожаные митенки. Думаешь, не закурить ли – и не закуриваешь.
Трасса понемногу раскочегаривается, жидкие косячки машин нарисовываются на боковых дугах развязки; и технично срисовываются, не доходя твоей своротки. Лишь маршрутка, полная сонных ранних дятлов, сворачивает и начинает притормаживать. Но ей нужны деньги, и ты, дав отмашку, всё-таки закуриваешь вослед.
Первая из трёх последних, энзэшных сигарет почти догорает, когда нечто, занимающее полторы полосы, чересчур низко летит по шоссе в твоём направлении. Рука, дёрнувшись было, опускается – такие вот увешанные гирляндами танки стопятся только по датам крупных землетрясений. Или за очень дополнительные деньги.
Повинуясь мановению твоей руки, глыба цвета «серый металлик» плавно тормозит на указанном месте. Из-за сползающего стекла звучит голос Шарля Азнавура, а тремя секундами позже – голос драйвера, обладателя немолодой лысоватой башки, цепких голубых глаз и (определяешь ты, наконец) джипа «хаммер» в гражданском исполнении:
- Куда подбросить?
«В терновый куст» - говоришь ты мысленно, а вслух, хоть и вполголоса, улыбаешься. Прежде чем назвать вектор движения, ты силишься определить – плюсом или минусом сейчас работает тот нейтральный, в общем-то, почти везде, кроме трассы, факт, что тебе двадцать лет и тебя зовут Оля.

Плюс или минус, однако, это его устраивает, как и направление езды. Азнавур в компашнике сменяется чем-то совсем уж тебе не знакомым, «хаммер» глотает и вышвыривает километры со скоростью прямоточного ракетного движка, тебе предлагают курить, не стесняться. Ты стесняешься. Тебя окончательно добивает светло-серый английский костюм, неожиданно ловко сидящий на плотной спортивной фигуре. Ты никак не можешь понять, контрастирует костюм с лысиной или сочетается. Ты никак не можешь понять, какого хрена он тебя посадил.
Его водянисто-голубые глаза не смотрят на тебя принципиально. Даже когда он спрашивает:
- Сильно спешишь?
Нет, непра, я не ве, думаешь ты, чуть вздрагивая; человек с настолько отцовскими интонациями в голосе и настолько естественно смотрящимся благополучием… Если и заимеет, то не более чем расспросами. Ещё и Азнавур.
- Заехать бы, заправиться, - поясняет он тем временем, - Заодно кофею дёрнуть, там забегаловка. Не спал ни черта, втыкает. Составишь компанию?
- Не по финансам, к сожалению. Если уж стопом еду…
- Чашка кофе меня не разорит, - смеётся он, - А вид у тебя задрогший.
Не дожидаясь твоего кивка, он заставляет «хаммер» нырнуть на едва заметный просёлок влево. Мадемуазель из магнитолы хрипло утверждает, что она поёт блюз, попутно убеждая этим в безопасности кофепития с лысым миллионером. Мимо плывут сосны без особых примет.
- Впервые вижу эту своротку, - говоришь ты.
- Вот и Сусанин так сказал, - вздыхает водила.
Ты вспоминаешь, что не видала ни указателя заправки, ни рекламы забегаловки, но вы уже чалитесь на микроскопической стояночке в центре необычайно уютного местечка.
Парноэтажное строеньице, в стиле которого обнялись мелкоячеистое голландское переплётное кружево и готическая основательность северокавказских дачных коттеджей. Об общественном назначении здания заявляют высокие зеркальные двери, урна возле, пара скамеек, да заправочная колонка, в которую вы едва не тычетесь бампером. Уменьшенные копии кремлёвских ёлок толпятся, смыкают фланги с обеих сторон бежево-голубого фасада. «Кросна» вместо горгульи.
Ты смотришь на драйвера вопросительно. Он суёт в угол щедрого на улыбы рта «житанину» без фильтра, и вы идёте к дверям. Второй раз ты смотришь вопросительно, прочитав на пришпандоренном на створку листке: «Мотель НА РЕМОНТЕ».
- Закрыто, - вздыхаешь, ибо кофе таки хотелось.
- Ни в коем разе, - он распахивает перед тобой твоё вздрагивающее парное отражение и ухмыляется, - Это название.
- Э-э…
- Мотель «На Ремонте». Входи, не тушуйся.
- Э-э…
- Это мой мотель.
Из полутёмного пространства внутри тебе панибратски напоминают, что шоу маст гоу о-о-он.
Негромко, но настойчиво.

ГЛАВА I Мы пугаем крокодилов

…Завтра ровно в полдень, Старший брат, взгляните, как женщина будет переходить реку вброд…
* * *
…Они пили вино на своём большом званом обеде. Вдруг впрыгнул в комнату большой белый заяц…
* * *
…Таким образом, всё, что для тебя надо было сделать, сделано. Если ты не вернёшься, с твоей стороны это будет бессовестно. Тогда – пусть и недалеко от вас до меня – ты не приходи сюда и не беспокойся о нас. При чём тут, верю я тебе или нет?..
* * *

Страница автора - http://www.litkonkurs.ru/?dr=45&tid=217785&pid=0

Страница автора в Городе Мастеров - http://samizdat.radiomoon.ru/index/8-497